Более 40 лет под запретом в
коммунистической стране

Рассказал Михаил Васильевич Савицкий

В выпуске «Сторожевой башни» от 1 апреля 1956 года рассказывалось о «большой чистке», которая была проведена 1, 7 и 8 апреля 1951 года. «Свидетелям Иеговы [в Советском Союзе] никогда не забыть этих дней,— говорилось в журнале.— Всех Свидетелей Иеговы из Западной Украины, Белоруссии, Бессарабии, Молдавии, Латвии, Литвы и Эстонии — более семи тысяч мужчин и женщин... на телегах доставили на железнодорожные станции, посадили в товарные вагоны и отправили за тысячи километров от дома».

ВОСЬМОГО апреля 1951 года моя жена с восьмимесячным сыном, родители и младший брат вместе с множеством Свидетелей Иеговы из Тернополя (Украина) и его окрестностей были арестованы. Две недели их везли в товарных вагонах. Высадили в сибирской тайге, западнее озера Байкал.

Почему меня не было с ними? Прежде чем объяснить, где я тогда находился и что произошло со всеми нами потом, позвольте мне рассказать, как я стал Свидетелем Иеговы.

Как мы познакомились с истиной

В сентябре 1947 года, когда мне было всего 15 лет, мы жили в Славятине, небольшом поселке в 50 километрах от Тернополя; к нам в дом пришли два Свидетеля Иеговы — молодой человек и девушка, по имени Мария. Мы с мамой сидели и слушали их, и я понял тогда, что это не просто другая религия. Они очень доходчиво рассказывали о своих религиозных убеждениях и отвечали на наши библейские вопросы.

Я не сомневался в том, что Библия — Слово Бога, но церковь не внушала мне доверия. Помню, мой дедушка всегда говорил: «Священники пугают людей адскими муками, а сами ничего не боятся. Они просто грабят и обманывают бедных людей». Я и сам видел, как в начале Второй мировой войны в домах мирных поляков, живших в нашем поселке, устраивались погромы и поджоги. И что самое возмутительное, организовывал их священник местной греко-католической церкви. Впоследствии, когда я видел десятки убитых, я безуспешно пытался понять, в чем причина такой жестокости.

Изучая Библию со Свидетелями Иеговы, я начал прозревать. Я познакомился с основными библейскими истинами, узнал, в частности, о том, что огненный ад — вымысел и что с помощью ложной религии Сатана Дьявол разжигает войны и подстрекает к кровопролитиям. Во время личного изучения я часто прерывался, чтобы в молитве от всего сердца поблагодарить Иегову за библейские истины, которые мне открывались. Я начал делиться тем, что узнавал, с младшим братом, Стахом, и, к моей радости, он принял библейскую истину.

Первые шаги на пути истины

Я понял, что мне необходимо менять свою жизнь, и немедленно бросил курить. Также я осознал, что важно регулярно встречаться с соверующими для совместного изучения Библии. Чтобы добраться до места, где тайно проводились встречи, мне приходилось идти лесом приблизительно 10 километров. Иногда прийти на встречу удавалось только нескольким женщинам, тогда провести собрание просили меня, хотя я еще не был крещен.

Хранить у себя библейскую литературу было опасно: тем, у кого ее находили, грозило лишение свободы сроком до 25 лет. И все же я мечтал о своей библиотеке. Один из наших соседей некоторое время изучал Библию со Свидетелями Иеговы, но потом перестал, испугавшись преследований, а всю литературу закопал у себя в огороде. Как благодарил я Иегову, когда этот человек, откопав свои книги и журналы, согласился отдать их мне! Я спрятал их на отцовской пасеке, где вряд ли стали бы производить обыск.

В июле 1949 года я посвятился Иегове и символизировал это крещением. Это был самый счастливый день в моей жизни. Брат, тайно проводивший крещение, подчеркнул, что быть истинным христианином нелегко и что впереди нас ожидает множество испытаний. Очень скоро я убедился в истинности его слов. Тем не менее мой путь как крещеного Свидетеля Иеговы начался с радостного события. Через два месяца после крещения я женился на Марии — на той девушке, которая вместе с молодым человеком впервые принесла истину в наш дом.

Неожиданно я сталкиваюсь с первым испытанием

16 апреля 1950 года, когда я возвращался домой из небольшого городка Подгайцы, я был неожиданно остановлен солдатами; обыскав меня, они обнаружили библейскую литературу, которую я нес для своей группы. Последовал арест. Первые несколько дней меня били палкой, не давали мне есть и спать. Также заставляли по сто раз приседать и вставать с поднятыми вверх руками, на что сил у меня не хватало. После этого я сутки провел в сыром, холодном подвале.

Жестоким обращением они надеялись довести меня до изнурения и таким образом выведать нужные им сведения. «Откуда у тебя эта литература? Кому ты должен был ее передать?» — допытывались они. Но я упорно молчал. Тогда они зачитали статью закона, по которой меня должны были судить. Она гласила: «За распространение и хранение антисоветской литературы — расстрел или 25 лет лишения свободы».

Меня спросили: «Какой приговор ты выбираешь?»

Я ответил: «Ни тот ни другой. Я полагаюсь на Иегову, он поможет мне, поэтому я готов ко всему, что он допускает».

Через неделю меня освободили, чему я был немало удивлен. Благодаря всему происшедшему я убедился в надежности обещания Иеговы: «Не оставлю тебя и не покину тебя» (Евреям 13:5).

Я был серьезно болен, когда вернулся домой; отец отвез меня к врачу, и вскоре я поправился. Хотя отец и не разделял религиозных убеждений всех остальных членов нашей семьи, он поддерживал истинное поклонение, оказывая нам помощь.

Арест и ссылка

Спустя несколько месяцев меня призвали на службу в Советскую армию. Я объяснил, что служить в вооруженных силах мне не позволяют религиозные убеждения (Исаия 2:4). Тем не менее в феврале 1951 года меня приговорили к 4 годам лишения свободы и доставили в тернопольскую тюрьму. Позднее меня отправили во Львов, более крупный город приблизительно в 75 километрах от Тернополя. Там я узнал о массовой ссылке Свидетелей Иеговы в Сибирь.

Летом 1951 года меня вместе с группой Свидетелей выслали еще дальше Сибири — на Дальний Восток. Нас везли на поезде целый месяц; мы проделали путь примерно в 11 000 километров и пересекли 11 часовых поясов! Лишь один раз — после двух недель пути — во время остановки нам разрешили вымыться. Нас отвели в большую общественную баню в городе Новосибирске.

Там я услышал, как в толпе заключенных кто-то громко спросил: «Кто здесь из рода Ионадава?» Так в то время называли тех, кто надеялся вечно жить на земле (4 Царств 10:15—17; Псалом 36:11, 29). Несколько заключенных сразу откликнулись — таким образом стало ясно, кто среди нас Свидетели Иеговы. Как рады мы были встретить друг друга!

Духовная деятельность во время заключения

Во время пребывания в Новосибирске мы придумали пароль, чтобы узнать друг друга, когда нас привезут на место назначения. В конце концов все мы оказались в одном лагере, расположенном у Японского моря, недалеко от Владивостока. Мы организовали регулярные встречи для изучения Библии. Общение со зрелыми пожилыми братьями, которые были приговорены к длительному сроку заключения, очень укрепило меня в духовном отношении. Они по очереди проводили встречи собрания, основываясь на стихе из Библии и вспоминая, что на данную тему говорилось в журнале «Сторожевая башня».

Братья отвечали на вопросы. Многие из нас делали записи, используя для этой цели разрезанные бумажные мешки из-под цемента. Эти записи мы сохраняли и подшивали: они служили нам личной библиотекой. Через несколько месяцев братьев, приговоренных к длительному сроку заключения, отправили в другие лагеря, на север Сибири. А меня еще с двумя молодыми братьями отвезли в Находку, соседний город, расположенный примерно в 650 километрах от советско-японской границы. Там я провел в тюрьме два года.

Бывало, нам удавалось получить номер «Сторожевой башни». Долгие месяцы он служил для нас духовной пищей. Иногда приходили и письма. Первое письмо, которое я получил от родных (в то время они жили в ссылке), растрогало меня до слез. Они рассказывали (те же события описаны в «Сторожевой башне», выдержка из которой приведена в начале статьи), как Свидетелей Иеговы насильно высылали из родных мест, давая семьям всего два часа на сборы.

Снова вместе с семьей

Освободили меня в декабре 1952 года, после того как я отбыл в заключении два года — половину назначенного мне срока. В то время моя семья жила в ссылке в небольшом сибирском поселке Гадалей, недалеко от Тулуна, и я поехал туда. Какое это было счастье — снова увидеться с близкими! Моему сыну Ивану скоро должно было исполниться три года, а дочке Анне — два. Однако свобода моя была ограничена. Местные власти конфисковали мой паспорт и взяли меня под надзор. Мне запретили отдаляться от дома более чем на три километра. Позднее разрешили выезжать верхом на лошади на рынок в Тулун. Я пользовался такими случаями, чтобы тайком встретиться с другими Свидетелями.

К тому времени у нас с женой было две дочки, Анна и Надя, и два сына, Иван и Коля. В 1958 году родился Володя. А в 1961 году — Галя.

Нередко меня вызывали и допрашивали сотрудники КГБ. Их целью было не только получить сведения о собрании, но и бросить на меня тень, создав у других впечатление, что я сотрудничаю с органами безопасности. Для этого они приводили меня в дорогой ресторан и пытались сделать фотоснимки, на которых бы я улыбался и, как могло показаться, приятно проводил время в их компании. Но я догадывался об их намерениях и поэтому старался сохранять хмурый вид. Каждый раз после того, как меня вызывали в органы безопасности, я подробно рассказывал братьям обо всем, что произошло. Поэтому они никогда не сомневались в моей преданности.

Помощь заключенным братьям

В течение многих лет в лагеря отправляли сотни Свидетелей Иеговы. В то время мы старались поддерживать связь с нашими братьями, находящимися в заключении, и снабжать их литературой. Как нам это удавалось? Когда из лагеря освобождали кого-нибудь из братьев или сестер, мы узнавали у них, каким образом, несмотря на строгий надзор, можно было бы тайно доставлять туда литературу. На протяжении почти 10 лет нам удавалось передавать находящимся в лагерях братьям журналы и книги, которые к нам привозили через Польшу и другие страны.

Многие наши христианские сестры долгие часы проводили за кропотливой работой: переписывали литературу от руки таким мелким почерком, что целый номер журнала помещался в спичечный коробок! В 1991 году, когда запрет на нашу деятельность был снят, мы стали получать красивые цветные журналы, и как-то одна из тех сестер сказала: «Теперь о нас все забудут». Но она ошибалась. Даже если о них не будут помнить люди, Иегова никогда не забудет труд тех, кто предан ему (Евреям 6:10).

Переезд и трагические события в моей жизни

Осенью 1967 года в доме моего младшего брата, жившего тогда в Иркутске, был произведен обыск. Были обнаружены фотопленки и библейская литература. Брата приговорили к трем годам лишения свободы. Однако у нас в доме при обыске ничего не нашли. И все же власти были убеждены в том, что мы тоже имеем отношение к распространению литературы, поэтому нам пришлось всей семьей покинуть те места. Мы уехали за 5,000 километров к западу от Иркутска — на Кавказ, в город Невинномысск. Там мы продолжали проповедовать неформально.

В июне 1969 года, в первый день школьных каникул, случилось несчастье. Наш 12-летний сын, Коля, пытался достать мяч, залетевший на высоковольтный трансформатор, и был поражен электрическим током. 70 процентов поверхности его тела было поражено ожогами. В больнице Коля спросил меня: «Папа, мы с тобой еще пойдем на остров?» (Он говорил об острове, где мы с ним часто бывали.) «Да, Коля,— ответил я,— мы еще сходим на наш остров. Когда Иисус Христос вернет тебя к жизни, мы обязательно сходим туда». В полузабытьи Коля напевал одну из своих любимых песен Царства, которую ему нравилось играть на трубе вместе с оркестром нашего собрания. Через три дня он умер, твердо уверенный в том, что воскреснет.

На следующий год нашего сына Ивана, которому было тогда 20 лет, призвали в армию. Когда он отказался от военной службы, его арестовали и приговорили к трем годам лишения свободы. В 1971 году меня призвали в армию на переподготовку, и надо мной снова нависла угроза тюремного заключения. Судебное разбирательство растянулось на несколько месяцев. В это время моя жена заболела раком, за ней требовался уход. Поэтому мое дело было прекращено. В 1972 году Мария умерла. Она была мне верной спутницей и до конца жизни оставалась преданной Иегове.

Члены нашей семьи разъезжаются

В 1973 году я женился на Нине. В 1960 году отец выгнал ее из дома из-за того, что она стала Свидетелем Иеговы. Нина преданно служила Богу и была в числе тех сестер, которые от руки переписывали журналы для заключенных братьев. Дети полюбили мою новую жену.

Наша деятельность в Невинномысске вызывала у властей беспокойство, и мы были вынуждены оттуда уехать. Так, в 1975 году я вместе с женой и дочерьми переселился на юг Кавказа, в Грузию. Тогда же мои сыновья Иван и Володя уехали на юг Казахстана, в город Джамбул.

В Грузии деятельность Свидетелей еще только начиналась. Мы проповедовали неформально в Гагре и ее окрестностях, а также в Сухуми — городах, расположенных на побережье Черного моря; уже через год в горной речке было крещено 10 новых Свидетелей Иеговы. Скоро власти начали настойчиво предлагать нам уехать из тех мест, поэтому нам пришлось переселиться в Восточную Грузию. Там все силы мы направляли на поиски «овец», и Иегова благословлял наши старания.

Собирались мы небольшими группами. Приходилось преодолевать языковой барьер: мы не знали грузинского, а некоторые грузины плохо понимали по-русски. Первое время мы занимались только с русскими. Но вскоре все больше местных жителей стали познавать истину, проповедовать на родном языке, и сейчас в Грузии уже тысячи возвещателей Царства.

В 1979 году под нажимом КГБ мой начальник по работе заявил, что власти не желают, чтобы я оставался в Грузии. В том же году в автомобильной катастрофе погибла моя дочь Надя вместе со своей маленькой дочуркой. А за год до этого в Невинномысске умерла мама, сохранив верность Иегове до конца; мой отец и младший брат после ее смерти остались жить в этом городе. Поэтому мы решили вернуться туда.

Благословлены за свою стойкость

В Невинномысске мы продолжали подпольно печатать библейскую литературу. Как-то раз, в середине 80-х, меня вызвали в местные органы; там я рассказал сотрудникам, что мне приснилось, как я прячу наши журналы. Они смеялись. Когда мы уже прощались, один из них сказал: «Пусть вам больше не снится, что вы прячете литературу». И добавил: «Скоро вы сможете свободно держать ее на полках и будете ходить на собрания под руку с женой и с Библией под мышкой».

В 1989 году нас постигло несчастье: от внутримозгового аневризма умерла моя дочь Анна. Ей было всего 38. В августе того же года невинномысские Свидетели арендовали поезд и поехали на международный конгресс в Варшаву. На конгрессе присутствовало 60 366 человек, среди них — тысячи делегатов из Советского Союза. Все происходившее казалось нам удивительным сном! Прошло около двух лет, и мне выпала честь быть в числе пяти братьев, долгое время прослуживших старейшинами в собраниях Советского Союза, которые 27 марта 1991 года подписали в Москве исторический документ, подтверждающий, что религиозная организация Свидетелей Иеговы получила законное признание!

Я счастлив, что мои дети верно служат Иегове. С нетерпением ожидаю Божьего нового мира и того дня, когда я снова увижу Анну, Надю с ее дочуркой и Колю. Он воскреснет — и я исполню свое обещание: мы сходим на остров, где много лет назад нам так нравилось бывать вместе.

Сегодня мне радостно видеть, что библейская истина быстро распространяется по этой огромной стране! Я доволен тем, как прожил жизнь, и благодарен Иегове за то, что он позволил мне стать одним из его Свидетелей. Глубоко убежден в справедливости слов из Псалма 33:9: «Вкусите и увидите, как благ Господь! Блажен человек, который уповает на Него!»